17. АКТЁР И ЧЕЛОВЕК




 

Итак, Бурвиль в жизни — в некотором роде двойник персонажа, которого он играет на сцене и экране. Поэтому публика не ошибается, когда объединяет обоих в один символ.

И я остановилась на некоторых штрихах его личной жизни отчасти потому, что это, наверное, интересно тем, кто хотел бы проверить свои впечатления. А отчасти, и главным образом, потому, что между актёром и человеком существует взаимозависимость. Он потому такой актёр, что он такой человек.

И всё же редко взаимосвязь бывает столь крепкой, как в данном случае. До такой степени, что кажется, будто Бурвиль не играет, например, когда он снимается в сцене из повседневной жизни (разумеется, совсем другое дело — характерные роли!). Поскольку в кино роль отрабатывают план за планом, за несколько минут до съёмки видишь, как актёр сосредоточивается, чтобы «вжиться» в свой персонаж. Это происходит и с Бурвилем. Но чаще всего он бросает свою реплику с ходу, сразу находя правильный тон и жесты. Случается, уже перед самым сигналом «тихо, снимаем» он шутит, заканчивает начатый разговор и — хоп! — при стуке хлопушки он уже в своей роли. И тогда замечаешь, что ему не приходится менять голос, выражение лица, позу, чтобы найти нужную интонацию, он вошёл в кадр из наплыва. Потому что во всех ролях, близких ему по духу, Бурвилю достаточно одного — быть самим собой. В результате, увидев его в кино, вы узнаете, каков он в жизни.

Из этого, однако, не следует делать вывод о полном тождестве актёра и его персонажа — славного малого, который зачастую бывает одурачен или побеждён. В жизни с ним не бывает ни того ни другого. Как мы видели, в жизни он твердо придерживается своей линии поведения. И точно так же, как он защищает своё семейное счастье, не позволяя профессии разбить его, так он умеет защищаться и в своей профессии — втором слагаемом его счастья. Он не из тех, с кем можно поступать как заблагорассудится. Будучи реалистом, он знает, что не надо бояться столкновений с жизнью и людьми, как это ни трудно... При этом он не делает горьких обобщений о человечестве, но учитывает это в своей жизненной практике. Мне кажется, его довольно хорошо характеризует одно народное выражение: не трогайте его, и он никого не тронет. Но если его «тронуть», он даст отпор... Его добродушие никогда не переходит в глупость. Надо учесть, что Бурвиль-человек отличается от своего излюбленного персонажа ещё и тем... что он актёр. И что даже если он и не выставляет этого напоказ, он всегда движим той страстью, которую мы подметили у него ещё в молодости.

Односельчанин Бурвиля, который говорил про пятнадцатилетнего Андре Рембура, что у этого парня не все дома, раз он бегает на вечеринки и распевает песенки, а не добивается, как старший брат, солидного положения в обществе, конечно, теперь уже думает о нём иначе, поскольку Бурвиль-актёр зарабатывает миллионы. Тем не менее всё осталось по-прежнему. Просто, добившись удовлетворения своей настоятельной потребности играть, он, не став благоразумнее прежнего, уже не вызывает укоров в неразумии. Раз Бурвилю «повезло» и он «преуспел», его стремление удовлетворить свою страсть уже не кажется безумием.

Если же он приемлет жизнь, которая, как ни старайся, неизбежно лишает его многого, что ему любо-дорого, значит он по-прежнему движим страстью. Но при всём том, что он поразительно степенный человек и старается удерживать её в границах разумного, страсть бушует в нём по-прежнему.

предыдущая главаСодержаниеследующая глава