Лино Вентура. АКТЁРЫ ФРАНЦУЗСКОГО КИНО (1988)

(Выпуск 2-й)


Александр Владимирович Брагинский.

Союз кинематографистов СССР. Всесоюзное творческо-производственное объединение «Киноцентр». Москва, 1988 год.

Лино Вентура. Актёры французского кино, 1988

Когда я думаю о ролях, сыгранных Линой Вентурой, я невольно сопоставляю их с личностью человека, с которым пришлось беседовать во время XIV Международного кинофестиваля в Москве.

...Когда машина с актёром подкатила к подъезду гостиницы «Россия», её уже поджидали вездесущие фотокорреспонденты. Быстро решив какие-то неотложные вопросы с встречающими его представителями дирекции, Вентура положил свой «дипломат» на капот и шагнул вперёд, предоставив себя в распоряжение прессы. Он сделал это охотно, но как бы отдавая дань неизбежности. Нет, Лино Вентура не позировал, он просто позволял себя снимать — раз уж так надо.

Я наблюдал за ним. Честно говоря, он мне казался в картинах другим, более физически мощным, что ли. От героев Лино Вентуры всегда исходило ощущение силы. Это ощущение подтверждалось внешними данными актёра — чётким, словно вылепленным римским профилем, решительным маленьким ртом и крепким торсом. Передо мной же был изящный, среднего роста, седеющий, с короткой стрижкой человек, «стопроцентный киноактёр» — в отличие от коллег, чередующих эту работу с театром.

Мне надо было договориться с Лино о беседе. Но я знал, что давать интервью он не любит. В печати редко встречались его высказывания о своих фильмах, режиссёрах и т.д. Да и никакая скандальная хроника не была связана с его именем. Этот человек работал в кино и требовал уважения к себе и своему делу. Но я всё равно попросил его дать интервью. Вентура устало кивнул.

— Хорошо. Только не сегодня. Завтра? Я ещё не знаю распорядка дня. Позвоните.

— Можно рано?

— Когда угодно.

Я позвонил в девять и, конечно, разбудил. Сначала Лино никак не мог понять, о чём идёт речь, потом вспомнил своё «когда угодно» и в конце концов поблагодарил за то, что я его разбудил, — ему пора быть в ресторане. «Найдите меня там... Через полчаса, минут сорок...»

Я помчался в гостиницу. Лино Вентура завтракал с итальянцами. Увидев меня, он прервал беседу с Серджио Леоне (по-итальянски) и попросил меня немного подождать в холле. Сколько мне нужно времени? Я пообещал долго не задерживать.

Накануне, готовясь к этой встрече, я посмотрел, что о нём написано в справочнике «Кто есть кто?»: «Лино Вентура — псевдоним Лино Боррини. Родился 14 июля 1919 года в Парме (Италия), сын Жана Вентуры и Луизы Боррини». Эти скупые строчки говорили, во-первых, об итальянских корнях актёра, а во-вторых, о том, что фамилия отца оказывается его... псевдоним. Ну и что? Такое бывает. А вот то, что он родился в день Национального праздника Франции выглядело эдаким предзнаменованием.

В 1927 году семья перебралась во Францию. Здесь он окончил начальную школу и пошёл работать: семья нуждалась. Был механиком, продавал газеты. Рос сильным, смелым парнем. Тут уж срабатывали гены: отец кулаком пробивал капот машины, а дед одной рукой выжимал бочонок на 120 литров. Лино увлёкся спортом — кэтчем («вид борьбы, в ходе которой борцы могут применять всевозможные виды захвата», — говорится в словаре «Ларусс»). В 1950 году становится даже чемпионом Франции. Перелом ноги вынуждает уйти из спорта — Лино становится менеджером. Кино любил с детства, но никогда не думал о карьере актёра. Однажды в зал «Ваграмм» на какой-то матч приходит кинорежиссёр Жак Беккер. Его знакомят с Лино. Беккер как раз искал актёра на роль Анжелло, итальянского мафиози в фильме «Не тронь добычу» (1954), где главную роль должен был играть Жан Габен. Опытный глаз режиссёра сразу выделяет природный артистизм бывшего кэтчера, изящество и одновременно мужское обаяние. «Парень подходящий, — отметил потом Габен, — где ты его выкопал?»

В перерыве между съёмками фильма «Сицилийский клан»

Так Лино Вентура вошёл в кино. За три с лишним десятилетия работы в нём он снялся в нескольких десятках картин, у самых разных режиссёров. Некоторые из них нам известны.

«После «Добычи», — скажет он однажды, — меня зачислили в разряд актёров на роли громил или полицейских. Иные считали, что я сплю с кольтом под подушкой и автоматом под кроватью. Я «шкурой» ощущал такое к себе отношение, сходное с тем, которое вызывает здоровенный парень или мафиози. Это меня раздражало и забавляло...»

Не исключено, что именно поэтому он с самого начала стремится доказать всем (и себе, в первую очередь), что может играть не только гангстеров. Ему помогает это сделать Жак Беккер, поручив роль продавца картин в фильме «Монпарнас, 19» (1957), фильме о трагедии непонятого гения Модильяни (его играл Жерар Филип). Персонаж Лино Вентуры как бы всё время крадётся за погибающим на его глазах художником. Увидев его мёртвым, он первым бросается к ещё ничего не знающей вдове, чтобы скупить по дешёвке картины. Он любит картины Модильяни и признаётся в этом Жанне совершенно искренне, но деньги важнее чувств. Зловещий и страшный образ решён Л. Вентурой поразительно экономными выразительными средствами.

В дальнейшем его творчество, как и Алена Делона, о котором следующая глава, довольно чётко делится на две части. С одной стороны, фильмы развлекательные — иногда и не безделки, с другой — фильмы сильные и значительные по своей теме и решению. С годами процент вторых становится всё больше.

К первым отнесём известные советским зрителям «Последнее известное местожительство» (1969), комедию «Зануда» (1973), остросюжетный фильм «Прощай, полицейский» (1975). Он играл полицейского также и в картине «Сицилийский клан» (1969), и в «Сиятельных трупах» итальянского режиссёра Ф. Рози. Ко вторым — «Армию теней» (1969), к сожалению, не попавшую в наш прокат, «Пощёчину» (1974), «Отверженных» (1983), «Сто дней в Палермо» (1984), «Седьмую мишень» (1985).

Право выбирать роли самому пришло к Лино Вентуре сравнительно недавно. От каких же ролей он отказывался, спрашивают его, и вот его ответ: «Я не способен играть кровожадных убийц, психопатов, палачей детей. Впрочем, существуют сюжеты, при всей своей жёсткости отличающиеся высокой пробой, чистотой героев. Когда чётко проявляются понятия добра и зла».

Невольно вспоминается фильм Робера Энрико «Искатели приключений» (1967), где его партнёром был Ален Делон. Это фильм не столько о людях, отправившихся на поиски клада, сколько о законах мужской дружбы, о верности памяти любимой женщины Литеции и о любви тоже, но любви чистой и даже застенчивой... Такой же чистотой и «пробой» отмечены его Жан Вальжан в «Отверженных» (1982) Робера Оссейна, а также полицейский инспектор Робас в «Сиятельных трупах» (1975), расследующий, вопреки оказываемому на него давлению, фашистский заговор; так же честен и принципиален в своей безуспешной борьбе с сицилийской мафией генерал Делла Кьезе из «Ста дней в Палермо».

Но вернёмся к моему разговору с Линой Вентурой в «России». До встречи я где-то прочитал, что актёра называли гурманом и застенчивым человеком. О гурманстве его можно судить только по некоторым ролям да собственным словам о том, что рагу он готовит, как никто другой. А вот застенчивость я сам почувствовал, хотя он всячески скрывал её под суровостью и неразговорчивостью. Из него приходилось клещами вытягивать ответы. Однако по насмешливому блеску глаз из-под тёмных очков я видел, что Вентура забавляется.

Кадр из фильма «Поджечь динамит»

— Скажите, — спросил я его, — как можно определить положение такого актёра, как вы, в контексте сегодняшнего французского кино?

— Как трудное.

И явно ждёт нового вопроса, естественно полагая, что такой лаконизм меня не устроит. Я иду Лино навстречу:

— Почему трудное?

— Потому что общий «контекст» — трудный. Французское кино переживает трудное время. Снижается посещаемость. Ощущается конкуренция ТВ и видео. Но мы не теряем надежды. Выходит слишком много плохих фильмов. Вот и приходится выжидать...

— Такому актёру, как вы...

Тут он меня обрывает и чётко формулирует свою мысль:

— Выжидать, что положение изменится.

— Это значит, что вам все труднее находить сюжеты для своих фильмов? Скажем, не кажется ли вам, что сюжет «Седьмой мишени» представляет парафраз «Бабочки на плече» (1978), где вы тоже играли роль человека, не понимающего, отчего его хотят убить, бросающего вызов, чтобы выяснить «что есть что»?

— Вам так показалось? — Теперь в глазах Лино Вентуры что-то изменилось. Он уже не иронизирует. — Вы правы. Некоторые сюжеты назойливо повторяются. Я люблю «Бабочку...» — он об отсутствии безопасности в нашем мире. «Седьмая мишень», кстати, тоже.

— Почему же вы пошли на такое очевидное «повторение»?

— Потому что это была возможность снова поработать со сценаристом Жан-Лупом Дабади и режиссёром Клодом Пиното. Я люблю работать с симпатичными мне людьми. Вы, наверное, заметили, какое значение занимает тема дружбы в моих картинах. Но... тут пришлось пойти на ряд уступок. В результате получилось не совсем то, что я хотел.

— Вам часто приходилось защищать свои права актёра?

— Всякий раз, когда чувствовал себя правым.

— Довольны ли вы фильмом «Сто дней в Палермо»?

— Да, очень. Вы сами понимаете, какую острую проблему он поднимает. Борьба с мафией, с терроризмом. Я преклоняюсь перед подвигом генерала Делла Кьезе. Всегда интересно играть роль сильного и честного человека, взявшего на себя непосильную ношу.

— Фильм имел успех?

— Да. Особенно в Италии.

На съёмках фильма «Смерть свидетеля»

Я говорю ему, что подчас тема борьбы с мафией решается излишне облегчённо, и это лишь оттеняет серьёзность «Ста дней». Вентура кивает.

— Мне дорог этот фильм. И жаль, что он не имел большого успеха во Франции.

— Чем вы можете это объяснить?

— У нас больше нравятся картины типа... «Седьмой мишени».

Он стал поглядывать на часы, и мы расстались. Конечно, мне так и не удалось тогда всерьёз поговорить с Лино Вентурой. Помнится, я спросил о его планах, и он воздержался от ответа.

После «Седьмой мишени» Л. Вентура не снялся ни в одной картине. Он ждал. Французское кино не слишком рачительно относится к своим «ценностям»...

Однажды Лино Вентуру спросили, что означает для него быть настоящим мужчиной. Вот как он ответил:

— Это значит действовать так, чтобы, умирая, не бояться загробной жизни... Словом, быть уверенным, что, когда наступит судный день, дорога тебя ждёт только в рай.

Помнится, я хотел спросить Лино Вентуру, верит ли он в загробную жизнь. Но не успел... Однако не сомневаюсь, что для него главным было оставаться человеком на земле. Это о Лино Вентуре кто-то сказал, что он — редкий актёр, способный полезть в драку, защищая друга. Личности актёра и человека сливаются воедино. Редкое явление, надо признать со всей объективностью.

Этот очерк был написан до того, как пришло известие о кончине Лино Вентуры. Он умер от разрыва сердца. А казалось, что будет жить долго. Подлинная утрата не только для французского кино, но и для всего мирового кинематографа.

Лино Вентура

Фото

 

Сандрина БоннерСодержаниеАлен Делон

Главная | Библиотека | Словарь | Анонсы и трейлеры | Поиск | Архив
Из истории французской рекламы

ФРАНЦУЗСКОЕ КИНО ПРОШЛЫХ ЛЕТ

Top.Mail.Ru Яндекс.Метрика