СЦЕНАРИИ ФРАНЦУЗСКОГО КИНО



«Четыреста ударов» (сценарий).

Часть 8.

Улица Мартир. Здесь, как и всегда, встретились друзья. Антуан возвращает Рене полученную от него накануне записку.

— Бери! У меня ничего не вышло.

Р е н е. Какой же ты растяпа!

А н т у а н. Я волновался.

Р е н е (напыщенно). Остановись, о рыцарь, на мгновенье! (Обычно.) Мне надо переделать число.

Останавливается возле окна, кладёт записку на наличник, отрывает от неё сверху полоску, а внизу ставит другую дату.

А н т у а н. Не знаю, как я теперь буду объяснять свой пропуск!

Р е н е (пишет и одновременно говорит). Надо придумать какое-нибудь невероятное происшествие. Тогда скорее поверят. В прошлом году моя мать упала с лестницы и сломала ногу. Я пришёл в школу и всё рассказал, кроме того, конечно, что она перед этим нализалась. И никакой записки не понадобилось.

А н т у а н. Не могу же я рассказать то же самое?..

Р е н е. Да, лучше не надо. И потом нам не стоит вместе приходить в школу... Как ты думаешь?

А н т у а н. Ага.

Р е н е. Ну, всего!

А н т у а н идёт дальше. Рене останавливается. В конце улицы показывается Бертран Морисе. У него довольный вид.

 

Антуан минует школьный двор, входит в коридор. Видит преподавателя литературы. Немного поколебавшись, обращается к нему:

— Здрасте, мосье.

У ч и т е л ь. А, это ты!.. Как только ему дали дополнительное задание, он сразу же и заболел... И родителей поймал на удочку. Интересно, какое ты у них выклянчил оправдание. Покажи-ка записку.

А н т у а н. У меня нет записки.

У ч и т е л ь. О! Нет, дружочек мой, тебе так это не пройдёт. Это было бы слишком просто.

А н т у а н. Но, мосье...

У ч и т е л ь. Что — мосье?

А н т у а н. Я хотел сказать... моя мать...

У ч и т е л ь. Что с ней, с твоей матерью?

Неожиданно для себя Антуан выпалил:

— Она умерла.

У ч и т е л ь. Вот так-т-а-ак! Извини меня, малыш... Откуда мне было знать... Она болела?

Антуан утвердительно кивает головой.

У ч и т е л ь. Надо было сказать мне об этом. С учителем всегда следует быть откровенным.

...Звонок кладёт конец их беседе. Сочувственно похлопав Антуана по плечу, учитель направляется к проходящему мимо директору. Тихо говорит ему:

— Господин директор...

Д и р е к т о р. Что-нибудь не в порядке, дорогой коллега?

У ч и т е л ь. Мне только что стало известно, что у юного Люано умерла мать.

Д и р е к т о р. Бедный малыш... Вы с ней были знакомы?..

У ч и т е л ь (смутившись). Нет, не имел удовольствия.

Д и р е к т о р. Вы даже не представляете, как вы точно выразились... Я её прекрасно помню. Прелестная женщина, и в цвете лет!.. (Громко, обращаясь к ученикам.) Вы что здесь делаете? Разве не слышали звонка?

 

В коридоре перед началом уроков выстроился класс Антуана. Рене и Антуан — в одной паре.

— Ты что наврал учителю? Что сказал, почему пропустил? — спрашивает Рене приятеля.

Антуан ничего не отвечает.

 

Урок литературы. За партой стоит ученик Дюверже. Он, путаясь и сбиваясь, читает стихотворение.

Дюверже. «Лучше колючки в лесу, колючки в лесу...»

У ч е н и к (сквозь зубы). «Колючки, я знаю где...»

У ч и т е л ь. Если бы вы чаще мыли уши, Дюверже, вы бы, вероятно, лучше слышали, что вам подсказывают сзади.

У ч е н и к (продолжая шептать). Колючки в заду.

Д ю в е р ж е. Он мне не подсказывает, мосье. Он сбивает меня.

У ч и т е л ь. Довольно разговоров, продолжайте.

Д ю в е р ж е. А я не помню, где остановился, мосье.

У ч и т е л ь. «Чем цветы в кормушке».

Д ю в е р ж е. «Чем цветы в кормушке. Лучше независимость... независимость...»

Рене громко вздыхает. Антуан очень серьёзен.

У ч и т е л ь. «И постоянная опасность...»

Д ю в е р ж е. «Чем рабство...»

Рене снова вздыхает.

У ч и т е л ь. «И вечная весна...» А вы — вечный лентяй, Дюверже. Садитесь: двойка!

Д ю в е р ж е. Я дома знал наизусть, мосье!

Сев на место, Дюверже показывает кулак ученику, сидящему сзади.

Учитель машинально пробегает глазами по списку. Вызывает:

— Люано!.. Ах, прости меня, малыш!.. Мерингье!

Мерингье встаёт. Молчит. Наконец произносит:

— «Заяц»... (долгое молчание)... стихотворение Жана Ришпена.

Мёртвая тишина. Ученики напряжённо ждут.

Внезапно дверь открывается, и в класс входит молоденькая девушка, секретарь директора. Обрадованные её появлением, ученики дружно встают. Девушка что-то тихо говорит учителю.

У ч и т е л ь. Люано, прошу вас пройти со мной к господину директору... Остальные, садитесь.

M o р и с е. Господин учитель, можно я буду смотреть за классом?

У ч и т е л ь. Нет, не вы!.. Коломбель, до моего возвращения назначаю вас ответственным за порядок в классе.

 

По школьному коридору идёт секретарша; за ней, не спуская глаз с её стройных ног, следует учитель. Последним, опустив голову в предчувствии катастрофы, бредёт Антуан.

Все трое входят в кабинет директора.

 

У ч и т е л ь (испуганно). Мадам!

Д и р е к т о р. Мосье Клерандон, я имею удовольствие представить вам отнюдь не привидение, а самую настоящую мадам Люано из плоти и крови, если разрешите так выразиться.

Почтительный кивок в сторону мадам Люано.

У ч и т е л ь. Неужели!... Моё почтение, мадам.

М а д а м  Л ю а н о (жеманно). Здравствуйте, господин учитель!

Д и р е к т о р. Такая очаровательная мать!

М а д а м  Л ю а н о (жеманно). О! Господин директор!

Д и р е к т о р. Согласитесь, она заслуживает лучшего сына, чем этот молодчик. Я знаю, бывает ложь-замалчивание (Антуану), но ложь-убийство... Признаюсь, это что-то новое.

У ч и т е л ь. Я полагаю, наказание должно соответствовать совершенному поступку.

Д и р е к т о р. Но, мой дорогой, это уже за границами нормального! В нашем арсенале нет наказания за такой чрезвычайный проступок. Только родители имеют право принять какие-то меры.

М а д а м  Л ю а н о (очень сердито). Вечером у него будет разговор с отцом.

 

Возвращаясь из школы по дороге домой, Рене и Антуан обсуждают происшедшее.

Р е н е. Что же ты теперь будешь делать?

А н т у а н. Хочешь не хочешь, а после этой истории мне с родителями не жить. Надо удирать, понял?

Р е н е. Мои терпели и похуже.

А н т у а н. Нет уж, хватит! Буду жить самостоятельно. Я им напишу письмо и всё объясню.

Р е н е. Прямо сейчас?

А н т у а н. Да, уж лучше так. Отнесу его, пока мать не вернулась.

Р е н е. А где ты сегодня будешь ночевать?

А н т у а н. Найдём что-нибудь.

Р е н е. У меня, кажется, есть идея. Приходи через час к фонтану на площади Пигаль.

 

Через час на площади Пигаль снова встретились Антуан и Рене. У Рене в руках пакетик с финиками и тёплый свитер.

Р е н е. На, бери...

А н т у а н. А что скажет твоя мать?

Р е н е. Ты думаешь, она знает, что есть на кухне?!

Антуан открывает пакет с финиками, угощает Рене.

Р е н е. Иди за мной. Я знаю одно местечко...

 

Вечер. Типография на улице Круассан.

Р е н е. Эта типография принадлежала моему дяде. Потом он прогорел. Постой-ка, теперь сюда...

Он подводит Антуана к обвалившемуся углу здания. Жестом показывает, что надо лезть в пролом. Но чёрная дыра пугает Антуана. Однако, поборов страх, он вслед за товарищем пробирается внутрь здания. Пол там прогнил и под тяжестью машин обвалился.

Р е н е. Здесь, старина, ты будешь в безопасности. Никто тебя не найдёт.

А н т у а н (не слишком уверенно). Ты думаешь, пол не может совсем провалиться?

Р е н е. Что ты!.. Куда он денется... Ниже подвала он не упадёт... Да, кроме того, ты же видишь, что станки убрали... И не замёрзнешь здесь. Вон сколько бумаги...

 

Ночь. Типография.

На груде бумажных мешков спит Антуан. Внезапно он просыпается. Его будит появление каких-то людей. Прячась за большие рулоны бумаги, мальчик уходит. Ему холодно.

Часть 7СодержаниеЧасть 9

Главная | Опросы | Библиотека | Словарь | Анонсы и трейлеры | Поиск | Архив

Top.Mail.Ru Яндекс.Метрика